Придется восстанавливать 30 спектаклей

Вопрос о том, что именно сгорело на театральном складе Мариинки, до сих пор остается открытым. На нескольких складах бутафория, костюмы и декорации хранились рассортированные не по спектаклям, а по родам и видам. Однако японские гастроли Мариинки сорваны не будут.

Нам удалось взять первый комментарий у худрука театра Валерия Гергиева.

«Сохранить гастроли и сохранить сезон»

Валерий Гергиев говорит о случившемся крайне скупо. Прилетев в Москву всего на один день, он заявил: ‘Пока я не готов комментировать случившееся. Мы здесь сейчас решаем вопросы помощи театру на самом высоком уровне.

Экспертами ведется серьезная работа по определению ущерба; и первое, что необходимо сделать, — это обезопасить предстоящий сезон и будущие гастроли от срывов. Сделаем все возможное, чтобы сохранить гастроли и сохранить сезон. Сегодня же я лечу обратно в Роттердам, но буду в Питере через несколько дней.

Думаю, мы проведем пресс-конференцию, где ответим на все возникшие вопросы’.

Однако уже точно известно, что театральные костюмы и бутафория не пострадали. На сгоревшем складе, что на улице Писарева, хранились только так называемые жесткие декорации: конструкции из дерева и металла, выгородки и задники, в том числе выгородки и кареты из нового ‘Евгения Онегина’, готовые к отправке в Японию. Скорее всего утрачены детали декораций к очень многим спектаклям.

По словам Гергиева, придется восстанавливать примерно тридцать спектаклей.
Сразу после пожара Валерий Гергиев отметил, что ущерб действительно велик, но паниковать не стоит: театр начнет сезон вовремя, ни одни гастроли не будут сорваны.

В самом театре хранят гробовое молчание относительно того, что именно погибло в огне, следуя прямому указанию художественного руководителя. Составлены лишь предварительные списки для следственных органов. В них фигурирует и упомянутый ‘Евгений Онегин’. Но эта потеря не катастрофична, ибо к спектаклю было изготовлено два комплекта декораций.

Один предназначался для гастролей в Японии, другой — для гастролей в Берлине. Как стало известно ГАЗЕТЕ, японский комплект был благополучно отправлен — пострадал только берлинский. Опровергнут также слух о том, что сгорел знаменитый занавес к ‘Баядерке’ постановки 1901 года.

Сгорели декорации к «Псковитянке» и знаменитой «Хованщине» Баратова-Федоровского

Однако отсутствие официальной информации о масштабах катастрофы привело к тому, что и театр, и город буквально наводнены слухами. Вероятнее всего, на улице Писарева хранилась часть декораций к старым раритетным спектаклям, которые шли редко или вовсе были сняты с репертуара. Если это так, то размеры ущерба действительно невозможно представить: музейные спектакли, шедшие в отреставрированных или воссозданных декорациях Коровина, Рериха, Головина, представляют огромную историческую и культурную ценность. Именно они пользуются особым спросом на зарубежных гастролях, принося ощутимый доход. Точно известно, что сгорели жесткие декорации к ‘Псковитянке’ и знаменитой ‘Хованщине’ Баратова-Федоровского, частично — декорации Константиновского к ‘Мазепе’.

Декорации к ‘Князю Игорю’, созданные, по одним источникам, в пятидесятые годы, а по другим — вообще в начале прошлого века, пострадали примерно процентов на пять. Сгорели низовые декорации: несколько станков, боковые стенки. Целы декорации Георгия Цыпина к ‘Кольцу нибелунга’ и ‘Борису Годунову’, его же деревянные подвижные конструкции к ‘Катерине Измайловой’, а также декорации к ‘Китежу’ Дмитрия Чернякова и ‘Семену Котко’ работы Семена Пастуха, к недавней ‘Чародейке’ — то есть к самым заметным и востребованным спектаклям последних лет.

Из работ Цыпина частично выгорела лишь сложная двойная конструкция к ‘Летучему голландцу’.

Живописные декорации (то, что труднее всего восстанавливать) хранились на других складах. Так что полотнища, расписанные Коровиным и Головиным, будем надеяться, в целости и сохранности; как и декорации Шишлянникова к обновленной ‘Баядерке’. Источник в театре решительно опроверг слухи, что понесли ущерб декорации Шемякина к ‘Щелкунчику’ и ‘Принцессе Пирлипат’ — они хранились в другом месте.

Ущерб в 7 миллионов без учета декораций

Общая сумма ущерба, фигурирующая в милицейских протоколах, составляет семь миллионов рублей. Но это лишь балансовая стоимость самого здания по расценкам шестидесятых годов; стоимость хранимых в нем декораций учтена не была. Как сообщила пресс-служба театра, все сгоревшие декорации и помещения Мариинского театра не были застрахованы страховщиком театра — московской компанией ‘РЕСО-Гарантия’.

Таким образом, утраченные декорации являются прямым ущербом Мариинке и стоимость их не будет возвращена в результате определения страхового случая. Как сообщила пресс-служба, здание не было застраховано по причине ветхости.

СПРАВКА

Сгоревшее трехэтажное здание было построено в 1834 году, а в 1900-м стало «декорационным магазином» — мастерской и складом. Оно находилось в федеральной собственности. На 1-м этаже располагался высотный склад для хранения декораций с комплексом вспомогательных помещений, на 2-м — столярный цех с кладовыми лакокрасочных материалов и бутафорский цех, на 3-м — зал росписи декораций. Система автоматического пожаротушения и пожарный водопровод последние несколько лет находились в нерабочем состоянии.

В результате пожара ночью 5 сентября от здания остались одни стены.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *